II послание кота Бегемота с того свету

Мне тут намедни высокое здешнее Начальство велело передать умникам в Кремле мнение одного их предшественника.

А тот, знаете ли, все так же с трубкой, в мундире генералиссимуса прохаживается сейчас вдоль карты страны в инфернальном подобии своего кремлевского кабинета. Представьте себе, именно так!

Оказывается, этот, значит, товарищ Сталин, находясь в одиночном заточении в своем адском кабинете, все эти 46 лет думал только об одном. Почему не работает машина (государство, то есть)? Ему, как выяснилось, наплевать (сейчас, во всяком случае), большевизм там или еще чего. Главное, чтобы машина рабо­тала. Не работает, проклятая! Вот его вывод на сей день. Не работает герб этой машины!

Возьмите к примеру, говорит товарищ Сталин, американ­ский герб. Белоголовый орлан. Сейчас, когда в стране мир, голова орлана повернута к той лапе, в которой символ мира и процветания. Прежде, когда страна была в состоянии вой­ны, голова орлана была повернута к той лапе, в которой сим­вол военной силы. Вот этот герб, говорит товарищ Сталин, работает. Пока. А теперь посмотрите на свой герб, господа-товарищи! Это герб давно ушедшей в небытие Византийской империи. К сво­ему падению — империи, абсолютно прогнив­шей и выродившейся. И таким-то гербом когда-то ваши про­стодушные предки увенчали свое государство. Суть этого герба — притязания Византии на мировое господство. Наложите, говорит товарищ Сталин, вашего двуглавого орла на карту Евразии. Одна голова повелевает Востоком, другая – Западом. Во какой я сильный! А что вы име­ете в итоге? Правильно, догадались. В итоге вы имеете... де­ликатные, культурные товарищи меня, кота Бегемота, спе­шат упредить: детородный, мол, орган. Хорошо, пусть так. Так что герб ваш — это герб мужскому детородному органу! Это велел вам передать товарищ Сталин. И советский герб по той же причине не сработал — серп и молот, накрывающие Зем­ной шар. Ни больше, ни меньше! Какие же мы могучие и красивые! К своему сожалению, товарищ Сталин это понял только сейчас. А какой должен быть герб, этого даже това­рищ Сталин не знает. Каких только орлов он ни прикидывал, все не то! Как-то раз он мне по примусу признался, что бо­лее всех других его, конечно, впечатлял железный орел Тре­тьего Рейха.

От себя могу добавить, что ему, тирану и деспоту, доступ к этой сверхважной и сверхсекретной информации закрыт.

С приветом с того свету кот Бегемот

20.02.1999 г.

на главную читать дальше